Крашенинникова: Мы должны ответить на допинг-скандал судебными исками

Она объяснила, что речь может идти о нарушении прав человека и прав спортсмена

Т.ДВИДАР: Добрый вечер! Я Таймур Двидар. Сегодня состоится последний выпуск моей программы «Допрос с пристрастием» в этом сезоне. И под занавес я пригласил для вас интересного собеседника, с которым мы поднимем вопрос, который не увидишь по телевизору и не услышишь на радио.

В.КРАШЕНИННИКОВА: У меня ещё есть время сбежать?

Т.ДВИДАР: Со мной в студии Вероника Юрьевна Крашенинникова, ведущая программы «Прогнозы» на телеканале «Звезда» и советник главного директора информагенства «Россия Сегодня». Здравствуйте, Вероника Юрьевна!

В.КРАШЕНИННИКОВА: Добрый вечер, Таймур!

Т.ДВИДАР: Почему вы решили сбежать? Вы же не в первый раз на «Допросе с пристрастием».

В.КРАШЕНИННИКОВА: Да, первый мне понравился. Продолжай в том же духе.

Т.ДВИДАР: Тогда сразу к делу. Россия уже продолжительное время под шквальным огнём зарубежной информатаки. А мы вяло как-то огрызаемся, сидим в окопе и особо ничего такого не предпринимаем. Белоруссия, тем временем, шагает в поисках национальной самоидентичности, как когда-то на Украине, происходит тихая белоруссизация. Но её слышно. Почему не ведём контридеологические операции против наших соседей?

В.КРАШЕНИННИКОВА: Я думаю, что это зависит от того, кого спросить. Потому что и британцы, и американцы с другими европейцами говорят, что опасаются русской пропаганды, что русская пропаганда такая злостная и такая качественная, и настолько она захватывает нежные европейские умы. Конечно, часть правды в этом есть: работают и телеканал Russia Today на многих языках, бюро «Спутник». Почему нас критикуют? Во-первых, потому что мы работаем и неплохо. А, во-вторых, потому что им нужны бюджеты, просто увеличить своё финансирование. Они используют русскую пропаганду для этого. Вопрос был в отношении Белоруссии?

Т.ДВИДАР: Да. Вообще соседей: Украина, Казахстан, Прибалтика.

В.КРАШЕНИННИКОВА: С Украиной вообще сложно. С Белоруссией – очень печально, что такие силы теперь там действуют, и, понятно, что в Белоруссии такие вещи могут случаться только под контролем высшего руководства. Вот эти игры, конечно же, очень опасны для любого государства. Это сидение на двух или нескольких стульях и то, что называется «многовекторная политика» в национальных интересах, в конце концов, оказывается чрезвычайно разрушительной.

Т.ДВИДАР: Вы уж очень профессионально ушли от ответа. Я чуть-чуть попробую вернуть на линию. Почему нет каналов RT-Украина, RT-Белоруссия, RT-Прибалтика?

В.КРАШЕНИННИКОВА: Потому что изначально российские каналы, что уж там RT делать на украинском языке. Российские каналы работали во всех этих государствах.

Т.ДВИДАР: Какие, например, hоссийские каналы? В Украине что можно включить?

В.КРАШЕНИННИКОВА: В Украине сейчас сложно что угодно включить, потому что всё российское они глушат.

Т.ДВИДАР: Но там и не было ничего. Не было специализации ни украинской, ни белорусской.

В.КРАШЕНИННИКОВА: Не считалось, что требуется специализироваться на Украине.

Т.ДВИДАР: А это очень большая ошибка, вам не кажется?

В.КРАШЕНИННИКОВА: Нет, не кажется, потому что мы всё-таки единое пространство. Если мы отдельное вещание, то что, и для американцев и для белорусов будем делать?

Т.ДВИДАР: Почему нет?

В.КРАШЕНИННИКОВА: Это странно, потому что мы принадлежим одной культуре.

Т.ДВИДАР: Так и запишем. Ещё вопрос, который не встретишь на нашем ТВ или на радио: мы гордимся, в том числе на уровне президента, тем, что мы с легитимной властью…

В.КРАШЕНИННИКОВА: Тогда уж тебе вопрос в продолжение: а что, в советское время было отдельное белорусское телевидение или телевидение на Украине?

Т.ДВИДАР: Во-первых, здесь вопросы задаю я. А во-вторых, сейчас не советское время.

В.КРАШЕНИННИКОВА: Но если мы говорим о единстве народов…

Т.ДВИДАР: Нас проклинают. Я только что вернулся из Одессы. Мне постоянно там с этим русским миром тыкали в лицо.

В.КРАШЕНИННИКОВА: Это понятно. Потому что сегодня только это они и могут делать. А три года назад это было по-другому.

Т.ДВИДАР: Вы знаете, мы профукали Украину, и я немножко запереживал и за соседние государства, поэтому задал вопрос.

В.КРАШЕНИННИКОВА: Переживать есть все основания, но национальное белорусское телевидение не решит эту проблему.

Т.ДВИДАР: А что тогда решит?

В.КРАШЕНИННИКОВА: Это целый комплекс очень сложных мер. Я даже не знаю, насколько мы на это способны.

Т.ДВИДАР: А где он?

В.КРАШЕНИННИКОВА: Я его не вижу, честно говоря.

Т.ДВИДАР: Может быть, ещё вернёмся к этому вопросу. А я возвращаюсь к тому, что не увидишь на ТВ. Мы гордимся тем, что мы ведём диалог или разговор (на уровне президента, в том числе) исключительно с легитимной властью. А почему не ведём разговор с обществом?

В.КРАШЕНИННИКОВА: Мы говорим о пространстве СНГ опять?

Т.ДВИДАР: Желательно СНГ, но не только. Я понимаю, что не вы принимаете такие решения и не вы принимаете решения, как или с кем разговаривать, но вы вращаетесь в правильных кругах, где, по крайней мере, вы понимаете логику. Объясните нам эту логику, почему с Таймурами Двидарами в каирских кафе не общаетесь, в одесских кафе? Или только когда их сожгут?

В.КРАШЕНИННИКОВА: Вы очень высоко цените мои возможности. Я боюсь, что они не такие высокие. И логика действий мне не всегда доступна. Не всегда я её своим небольшим умом могу охватить.

Т.ДВИДАР: Из того, что знаете. Я не провоцирую. Это вопрос из народа.

В.КРАШЕНИННИКОВА: Я думаю, что общение идёт не только с официальной властью разных государств, но и с более широкими кругами, и с оппозиционными кругами тоже. Я абсолютно согласна с тем, что у нас нет квалифицированных, компетентных специалистов, чтобы общаться на французском, например, с французским обществом.

Т.ДВИДАР: Но у нас есть Россотрудничество, которое жрёт миллионы денег. Они правильно всё делают?

В.КРАШЕНИННИКОВА: Я очень много негативного слышу про Россотрудничество. Но я не столь близко с ним знакома, я не участвую в нём, поэтому за себя не могу сказать.

Т.ДВИДАР: Мы ждали, пока Янукович придушил всю пророссийскую публику в Украине. Это всё к тому, с чего я начал. Извините, что я начал с грустного, но я без прессинга. Всё-таки у нас лето сейчас, тепло.

В.КРАШЕНИННИКОВА: Ну, постарайтесь к концу программы придумать что-нибудь позитивное, чтобы окончить сезон на позитиве. У нас, в основном, грустная тематика. Где нам веселиться-то?

Т.ДВИДАР: Если о приятном, в середине прошлого века американцы совершили переформатирование сознания западноевропейской и ближневосточной элиты. Вы, кстати, очень хорошо знакомы с этим, потому что вы представляли этих людей, литературы и авторов, которые нам обо всём этом рассказали. У них сознание перекрашено и, получается, что американцы умеют мастерски вести войны в будущем. Они это сделали в середине прошлого века с прицелом на начало или середину, наверное, этого века. А почему мы не сопротивляемся в России? Почему мы сдались?

В.КРАШЕНИННИКОВА: Мы сдались когда? В 91-м? Или сейчас сдаёмся?

Т.ДВИДАР: В 60-м.

В.КРАШЕНИННИКОВА: В 60-м мы точно не сдавались.

Т.ДВИДАР: А когда?

В.КРАШЕНИННИКОВА: Абсолютно точно мы начали постепенно сдаваться с 85-го. И, конечно, разрушить такую великую страну требовало времени и усилий. И разрушали-то её люди квалифицированные, разрушали так, чтобы потом не собрать было. И, кстати, этот процесс разрушения продолжается и сегодня.

Т.ДВИДАР: То есть, эта война идёт сейчас, да?

В.КРАШЕНИННИКОВА: Она уже изнутри ведётся. И, конечно, советское наследие уничтожается всеми возможными средствами даже сегодня (достаточно телевидение смотреть). Но, кстати говоря, народ это не отторгает.

Т.ДВИДАР: Народ принимает это?

В.КРАШЕНИННИКОВА: Нет, наоборот, отторгает всю эту антисоветскую пропаганду.

Т.ДВИДАР: Итак, внутри у нас продолжается некое противостояние. Западные умельцы навязывают нам всё антисоветское.

В.КРАШЕНИННИКОВА: Не только западные.

Т.ДВИДАР: И свои тоже, да.

В.КРАШЕНИННИКОВА: Свои, в первую очередь, это и делают.

Т.ДВИДАР: А что делают?

В.КРАШЕНИННИКОВА: Вы смотрели «Тихий Дон», новый сериал?

Т.ДВИДАР: Нет. Новый не хочу даже.

В.КРАШЕНИННИКОВА: Вот такой ответ я получала от всех знакомых. Кто-то в качестве теста посмотрел одну серию, и просто перестали прикасаться к этому. И так переделываются практически все фильмы.

Т.ДВИДАР: Объясните на примере, пожалуйста.

В.КРАШЕНИННИКОВА: Я тоже не стала смотреть, надо сказать. Для меня это было слишком больно. Но какие-то моменты уловила. Понятно, что красные все варвары, зато белые совершенно замечательны, они белые и пушистые, при них светит солнце, и Россия вся красивая.

Т.ДВИДАР: Ну, это искажение «Тихого Дона». А вам какой флаг больше нравится: трёхцветный или красный?

В.КРАШЕНИННИКОВА: Как и все, наверное, я была на марше «Бессмертного полка», и там люди несут красный флаг. В контексте «Бессмертного полка» трёхцветный флаг выглядит, конечно, очень двусмысленно.

Т.ДВИДАР: А с чьим портретом вы были?

В.КРАШЕНИННИКОВА: С портретом бабушек своих. Бабушки во время войны были совсем молодые, 15–17 лет, работали, учились. Они были в тылу.

Т.ДВИДАР: А где?

В.КРАШЕНИННИКОВА: Одна бабушка в той степени, в которой молодые девчонки могли работать, была на Северном Кавказе, в Армавире, другая – в Вологодской области.

Т.ДВИДАР: А что она в Армавире делала? Это госпиталь или завод?

В.КРАШЕНИННИКОВА: Делали всё, что приходилось.

Т.ДВИДАР: Всё, что родина и семья попросит. Понятно.

В.КРАШЕНИННИКОВА: Приходилось и учиться тоже, потому что в эти годы нужны были квалифицированные специалисты.

Т.ДВИДАР: Безусловно. Для меня просто это очень трогательная тема, я сейчас стараюсь не уйти в неё. Дорогие радиослушатели, у нас в студии Вероника Крашенинникова. Только сегодня у вас есть возможность задать напрямую вопрос на ту тему, которую мы обсуждаем. Здравствуйте! Вы в эфире.

СЛУШАТЕЛЬ: Вечер добрый! Санкт-Петербург, Николай. Последний фразы про «Тихий Дон», поэтому у меня следующий вопрос: мы видим, что, действительно, большое количество дезинформации происходит на телевидении и на радио, почему мы-то молчим в этом плане? Почему молодёжь должна на этих не совсем положительных примерах воспитываться? Спасибо большое.

В.КРАШЕНИННИКОВА: Спасибо, Николай. Если уж вы из Петербурга, то стоит сказать о том, что недавно была открыта доска Маннергейму, белому офицеру, служившему царю, а потом третьему рейху, и в блокаде он несёт ответственность за гибель ленинградцев. По-моему, это совершенно кощунственный жест – повесить такую доску. Понятно, что было много протестов, и это длилось на протяжении нескольких лет. Но вы абсолютно правы, нужно, чтобы голос противников такого переписывания истории звучал гораздо громче.

Т.ДВИДАР: С этого начиналась бандеризация Украины.

В.КРАШЕНИННИКОВА: Первый памятник Ленину, кстати, в Москве уже упал. Помните, в декабре 2013 года.

Т.ДВИДАР: Я помню, в 90-х я их тут считал как семечки.

В.КРАШЕНИННИКОВА: Но сейчас новый период у нас. И сейчас всё в свете украинских событий. Помните, мы смотрели по российскому телевидению кадры того, как эти варвары сносили памятники Ленину.

Т.ДВИДАР: Вы имеете в виду тот недавний случай, который в унисон событиям: то, что голову откололи?

В.КРАШЕНИННИКОВА: Да, это произошло в одном из московских дворов.

Т.ДВИДАР: А, кстати, по чьей инициативе доску-то установили?

В.КРАШЕНИННИКОВА: Я думаю, что такие случаи, если, конечно, общество не выступит с протестом, будут происходить. Я не знаю, по чьей инициативе установили.

Т.ДВИДАР: Я почему спросил, чтобы общество услышало, выступать можно?

В.КРАШЕНИННИКОВА: Я считаю, что обязательно нужно.

Т.ДВИДАР: Здравствуйте! Вы в эфире.

СЛУШАТЕЛЬ: Добрый вечер! Юрий, Москва. Вопрос у меня такой: как вы считаете, с идеологической точки зрения, российское общество сейчас готово к войне? Потому что в европейском обществе, западном обществе, как мы все прекрасно видим, усиленно идёт подготовка населения к войне, к русской агрессии.

В.КРАШЕНИННИКОВА: К войне с западом?

СЛУШАТЕЛЬ: Да. Я имею в виду полноценную войну с применением всех видов оружия.

В.КРАШЕНИННИКОВА: Я думаю, что подавляющее большинство населения Европы, конечно, совершенно не хотят войны с Россией. Это безумство, с их точки зрения. Этой войны могут хотеть отдельные силы в Прибалтике, в Польше, на Украине. Поэтому-то США их и приняли в ЕС, чтобы они эту старую мирную Европу подстёгивали антироссийской политикой. Но нет, войны не случится. И нам тоже война не нужна.

Т.ДВИДАР: Здравствуйте! Вы в эфире.

СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте! Знаете ли Вы, что в марте в Санкт-Петербурге защитил докторскую диссертацию господин Александров на тему об армии Власова, несмотря на отрицательные отзывы некоторых рецензентов, в том числе Министерства обороны РФ. Как Вы относитесь к тому, что они протаскивают эту идею, к тому, что они романтизируют, героизируют? Основной посыл диссертации в том, что появление русской освободительной армии – социальная реакция на притеснение страны советской властью.

В. КРАШЕНИННИКОВА: Вы очень правильно отметили это событие. Тот факт, что нас заставляют обсуждать эту тематику — давайте побеседуем, он герой или предатель… Есть определённые вещи, которые должны быть оценены однозначно. Власов – предатель. И ничего здесь обсуждать мы не будем. Точно такие темы, как «Тихий Дон», вбрасываются то в одну часть общества, то в другую.

Т.ДВИДАР: Я удивлён тем, что Вы подняли вопрос доски Маннергейма. Я специально не стал вставлять этот вопрос в передачу, потому что потом Вы и ваши коллеги начнёте обвинять меня в том, что я задаю неудобные вопросы. Я задаю вопросы из народа.

В. КРАШЕНИННИКОВА: О ней все говорят. А я с народом.

Т.ДВИДАР: Я посмотрел один из наших телеканалов. Впечатление кисло немного. Толпа неудовлетворённых женщин, сексуальных пораженцев. Опустили телевидение на уровень мхов, лишайников. Я про сериалы говорю. Откуда молодёжи черпать примеры? Образ русского будущего где? Есть образ ИГИЛ*, запрещённой организации. Есть США – будущее Америки.

В. КРАШЕНИННИКОВА: Даже в Америке определённого образа нет. Трамп им привнесёт сумбура в ситуацию. Америка может быть очень разной.

Т.ДВИДАР: Да. Но любого американца, любого, кто мечтает об Америке с её идеалами, которые подкупают многих людей, спроси. Это такие звёзды. Американская мечта. Это есть всё. ИГИЛ.

В. КРАШЕНИННИКОВА: Не работает больше американская мечта, не соглашусь. В восьмидесятые работала, сейчас всё больше сомнений по поводу американской мечты даже у самих американцев, потому что уже не реализуется. Когда минимальная зарплата сколько-то долларов, но ты хоть уработайся, хоть 30 часов в день работай, всё равно семью не прокормишь.

Т.ДВИДАР: Где образ русского будущего?

В. КРАШЕНИННИКОВА: Образ русского будущего нам предстоит ещё сформировать. Это один из больных вопросов. Очень часто практические задачи упираются в образ русского будущего. Говорили мы о пространстве СНГ. А что мы предлагаем? Партнёрство с какой Россией мы предлагаем? Как мы определяем общее пространство, которое строим? Разные люди по-разному в России это переделают. Многие люди этот вопрос задают. И это хорошо, потому что люди понимают, через что мы прошли в девяностые.

Т.ДВИДАР: Жаль, что нет понимания русского будущего. Мы можем не успеть в поисках.

В. КРАШЕНИННИКОВА: Я согласна с тревогой по этому поводу. Не на все вопросы у меня есть ответы.

Т.ДВИДАР: Почему нет национальных образов культуры, науки, политики, экономики. Российские масс-медиа с начала девяностых вычеркнули это всё из своей сферы интересов. СМИ против общества в России? Назовите 5 фамилий. Героев. Я вот из авиации назову Фёдорова, например.

В. КРАШЕНИННИКОВА: А я из флота назову адмирала Касатонова. Великий герой, который сохранил Черноморский флот.

Т.ДВИДАР: А кто знает? Мы можем методичку с интересными именами написать. Но никто их не знает.

В. КРАШЕНИННИКОВА: МЧС и Совет Федерации ежегодно награждают самых обычных людей, которые совершили какие-то поступки.

Т.ДВИДАР: Нет у нас знаковых. Останови на улице, как обычно, 10 вопросов. Никто не назовёт вам ни в одной отрасли, героев нашего времени нет. Люди начнут искать в Интернете. Мы с Вами можем не знать их, потому что они местные, районные герои.

В. КРАШЕНИННИКОВА: И такие герои тоже нужны.

Т.ДВИДАР: Но нам нужны национальные герои.

В. КРАШЕНИННИКОВА: Все нужны.

Т.ДВИДАР: Хорошо. Примем звонок. Здравствуйте.

СЛУШАТЕЛЬ: Вопрос с пристрастием у меня. Есть ведь цензура у нас, почему честно не сказать? Ведь она есть.

В. КРАШЕНИННИКОВА: Что касается меня, моей деятельности в СМИ, мне никто не говорит: «Вот до сих пор ты говоришь, а дальше не говоришь». В этом отношении цензуры нет. Но другое дело, действительно, некоторые явления можно обсуждать в более узком кругу экспертов, не всё, к сожалению, можно говорить на всю широкую аудиторию. Тут эксперту приходится самому решать. Но никто не диктует, в этом отношении нет цензуры. Есть самоцензура.

Т.ДВИДАР: Ещё звонок. Здравствуйте.

СЛУШАТЕЛЬ: Считает ли Ваша гостья нашего Президента героем?

В. КРАШЕНИННИКОВА: Во многих отношениях да.

Т.ДВИДАР: А в чём именно он герой?

В. КРАШЕНИННИКОВА: Наверное, в том мужестве, которое потребовалось для того, чтобы пересмотреть систему отношений с тем же Западом, в который мы пытались влиться, и в какой-то момент понять, что это тупиковый путь. Когда против тебя существенные силы требуется очень большое мужество, чтобы развернуть курс страны.

Т.ДВИДАР: Почему в ответ на допинг-скандал мы не устраиваем информационную контратаку? Где наш компромат на западных спортсменов, их функционеров? Почему ведём себя как институтки?

В. КРАШЕНИННИКОВА: Здесь нужен ответ ассиметричный, нужно завалить все эти комитеты юридическими исками по нарушению прав человека, прав спортсмена.

Т.ДВИДАР: Это был последний вопрос. У нас в гостях была Вероника Юрьевна Крашенинникова. Будьте счастливы, дорогие мои слушатели.

* Организация запрещена на территории России по решению Верховного суда.

Читайте также